Автостопом в Индию и обратно
Тогда Макс решил снять кеды и улечься сзади спать, но возникший при этом запах оказалался столь ужасен, что пассажиры чуть не силком заставили Макса надеть вонючие кеды обратно.
- Супер!! Не супер!! Чар-сад туман!! Can you help me?!
- Хориджи, - шептались между собой прознавшие нашу сущность иранцы. - Хориджи, шаурави! (иностранец, из СССР).
К счастью для всего автобусного населения, на одной из остановок освободилось нормальное сидячее место, и Максим, пересев туда и истощив свой пыл, больше нам спать не мешал. В предрассветной дымке прибыли в Астару.
Впервые, за долгие недели нашей поездки, мы попали под дождь! Мокрый асфальт. Лужи. Запах провинции. В трех километрах - Государственная граница СССР и азербайджанский город-близнец Астары - тоже Астара.
Здесь, в Астаре - важнейший торговый автопереход между Ираном и Азербайджаном. Каждый день здесь проходят сотни челноков, преимущественно азербайджанцев, а весной, кроме них - и возвращающиеся из хаджа советские мусульмане. На легковых машинах и забитых битком автобусах, прикупив по дороге кучу нужных в хозяйстве предметов и вещей, с зелеными флажками вместо антенн, своим ходом через Саудовскую Аравию, Ирак и Иран возвращаются счастливые азербайджанцы, татары, дагестанцы. Здесь, в Астаре, каждый третий встречный может ответить по-русски. А вот и первая надпись на великом, могучем русском языке:
МАРОЖНА
Стало быть, мороженое!
В Астаре мы зашли в чайхану и вдоволь напились чая, а затем - в хлебную и в едяную лавки. Мы знали, что продукты по ту сторону границы будут значительно дороже, и купили про запас: по десять хлебов, по нескольку килограмм сахара и конфет, молоко, соки и др. Таким образом мы избавились от ненужных уже риалов, а наши рюкзаки заметно потяжелели.
На переходе оказалась настоящая давка. Человек двести, с большими мешками в машинах и в руках, штурмуют ворота иранской таможни. Иранцы аккуратны и деловиты: паспорта всех должны пройти через компьютер. Сдавайте все свои паспорта, мы разберемся и вас позовем. Десятки рук тянут свои паспорта с вложенными в них желтыми бумажками (эти бумажки, регистрационные карточки, выдаются на въезде в Иран и сдаются на выезде - не теряйте их).
Наконец, позвали и нас, и вот мы переходим по небольшому мостику маленькую речку, разделяющую две великие империи - прошлую (СССР) и нынешнюю (Иран).
ЧЕРЕЗ АЗЕРБАЙДЖАН
На азербайджанской таможне мы провели несколько часов. Обстоятельные таможенники, обнаружив, что мы получали иранскую визу во "вражеской" Армении, сразу насторожились. А когда при обыске у меня нашлась географическая карта (лист из "стопника" - атласа автодорог), на которой пунктиром были отмечены новейшие завоевания армян, - удовольствию азербайджанцев не было предела. Поймали-таки шпионов!
Из дальнейшего допроса выяснилось, что главный шпион (то есть я) совсем недавно (в прошлом году) посещал отвоеванный армянами у Азербайджана Нагорный Карабах. Названия городов Мартакерт, Агдам, Степанакерт, Шуша, Лачин, где я был с О.Моренковым в августе 1997 г, вызывали у азербайджанцев чувство ностальгии и легкой зависти: как же попал туда, на оккупированные территории, шпион?! Ну карты мы точно у тебя отберем!
Я вспомнил, как полгода назад мы с Олегом Моренковым сидели на допросе в здании КГБ в армянском (сейчас) Степанакерте, и кагэбэшники внимательно изучали ту же самую карту - те же листочки, вырванные из атласа автодорог, на которых была нанесена текущая линия фронта. "Ух, шпионы, - думали гэбисты, - как же пролезли? Эти карты мы точно у вас отберем!" Подробности вы, должно быть, уже читали в моей книге "Через семь границ".
Напомню читателю, что к чести армянских блюстителей порядка через пару часов после задержания нас все-таки отпустили и карты вернули. Так же на этот раз поступили и их азербайджанские коллеги. Даже карты мне отдали (я уж и не надеялся их увидеть вновь), а добрая женщина, тоже сотрудница таможни, распорядилась принести нам бесплатный мясной обед, который мы с удовольствием слопали.
А эта злополучная карта с указанием текущих завоеваний, побывавшая в руках гэбистов по обе стороны фронта, благополучно вернулась в Москву и теперь ожидает, когда станет экспонатом музея побед одной или другой из воюющих сторон.
* * *
А трое путешественников, как только были, наконец, пропущены на территорию Азербайджана, вышли на берег Каспийского моря. Вода оного, по сравнению с Индийским океаном, оказалась холодна. Подобрали на память несколько ракушек и отправились на выезд из города, разделившись в соотношении 2:1. Мы с Русланом свободно вздохнули, избавившись наконец от вечного страдальца Макса.
Азербайджан представился нам в дождливом, пасмурном весеннем виде. Мы выбрали такой машрут: Астара - Ленкорань - Билясувар (бывшее Пушкино) - Гянджа (быв.Кировобад) - Казах - Тбилиси. При движении по этим, довольно-таки глухим дорогам нас неприятно удивил процент машин-деньгопросов. Бензин в нефтяном Азербайджане стоил почему-то дороже, чем в Москве, а уровень жизни значительно ниже. На всех сельских перекрестках стоит по три-четыре машины - все местные жители, имеющие машину, пытаются подработать таксизмом!
Конкуренция переходит почти что в драку за пассажира.
Вот мы с Русланом выгружаемся на очередном перекрестке. Навстречу бегут несколько водителей: куда ехать? поехали! куда ехать?
- Мы едем в Гянджу, но у нас нет денег, - популярно объясняем мы.
- Садитесь, садитесь, поехали!
- У нас нет денег, нам такси не нужно!
- Поехали, поехали! - азербайджанцы нас чуть не силком затаскивают в одну из машин, машина отъезжает метров на сорок от менее удачливых конкурентов и водитель, радуясь добыче, спрашивает:
- До Гянджи платить сколько будете?
- Нисколько. Мы же сказали: у нас нет денег.
- Как нисколько? Ну, а сколько дадите?
- Нисколько, ничего не дадим, платить нечем!..
Наконец, огорченный водитель высаживает нас, и мы стоим на трассе и ждем какой-нибудь транзит. Часть транзитных машин тоже оказывались на этих глухих дорогах деньгопросящими, так что мы старались предупреждать. Но не все водители понимали когда-то популярный в народе русский язык.
В одном месте нас подвезла легковушка с четырьмя людьми - мы плотно уселись и проехали, рассказывая о своей сущности, километров тридцать (там это большое расстояние!) Позже оказалось, что по-русски знали все, кроме водителя, и тот не понял нашей сущности, и только когда мы стали выходить, вспомнил единственное пришедшее на ум русское слово "Дэньги!"
В другом месте нас подобрал рейсовый автобус, где мы долго общались с русскоговорящими пассажирами, и вскоре все поняли сущность автостопа, все, кроме водителя, который терпеливо ожидал с нас (как оказалось) плату за проезд. К счастью для нас, в обоих упомянутых случаях понявшие нашу сущность прочие пассажиры ввели водителей в курс дела, и проблемы были исчерпаны.
Некоторые азербайджанцы, узнав, что я был в Нагорном Карабахе, интересовались судьбой оставленных ими когда-то городов - Лачина, Мартакерта, Шуши... Увы, ничего утешительного сказать я им не мог.
В одном месте водители, не поняв нашу сущность, увезли нас в не нужную нам сторону. Мы с Русланом даже не сразу поняли это, а когда высадились, было уже поздно: мы были километрах в пятнадцати от трассы. К счастью, местные жители, удивляясь появлению рюкзакастых молодых людей на сельско-колхозной дороге, помогли нам найти истинный путь.
В Гяндже мы нашли обменный пункт и обменяли по одному доллару - я и Руслан. На вырученную сумму мы приобрели пряников, которые разъели тут же вместе с предложенным местными жителями чаем.
Постепенно, почти за полтора суток мы преодолели 450 км от Астары до азербайджано-грузинской границы. Уже стемнело. Свет отключили, и грузинский таможенник, держа в левой руке свечу, а в правой - наши паспорта, заносил данные о нас в толстую тетрадь. На этой границе мы неожиданно встретили утраченного нами ранее Макса. Вскоре вновь разделившись с ним, мы занялись ночным автостопом.
ГРУЗИЯ - РОССИЯ - МОСКВА !
И вот мы в Грузии.
Ночной Тбилиси гораздо темнее ночной Москвы. Темнота там более влажная и густая, ибо единственным светом служат фары редких машин. Ни фонари, ни окна не светятся - электричество дают "по графику" всего на несколько часов в сутки.
Спасибо водителям, которые провезли нас почти через весь длинный город. Вот мы с Русланом уже голосуем на выезде, и нас подбирает шикарный (даже с телевизором) микроавтобус, следующий в Батуми. Нам по пути всего с десяток километров, но пассажиры и водитель успевают проникнуться нескрываемой симпатией к нам, русским путешественникам.
Вот он - темный, безлюдный и безмашинный поворот на Владикавказ...
Последняя машина этой ночью увезла нас еще километров на двадцать на север, в горы. Больше надежд на автостоп этой ночью у нас не было, и мы поставили палатку в ближайших кустах.
Наутро, благодаря двум грузинским пограничникам на "Ниве", мы миновали Крестовый перевал (2379 м), на котором впервые за последние два месяца увидели снег.
Вот и российская таможня.
- Откуда едете? - спрашивает молодой пограничник, листая мой паспорт, на грузинско-российской границе.
- Да вот, в Индию ездили, обратно через Пакистан, Иран, Азербайджан, Грузию, в Москву возвращаемся, - бодро отвечаю я.
- ?? Так что, всю жизнь так и путешествуете ?? - приступ удивления.
- Да нет, почему же: вернемся в Москву, будем дома сидеть, книгу будем писать: где были, что видели, про страны, народы, обычаи...
- А-а-а... Значит, наукой занимаетесь! - догадался пограничник, и был совершенно прав.
От Беслана почти до Нальчика нас довез необычайно скоростной кабардинец на своем белом "Мерседесе". В белой рубашке и белых брюках, с бутылкой пива в правой руке, этот водитель за считанные секунды разогнал машину до 180 км/час.
- Сто восемьдесят, - задумчиво отозвался Руслан, вдавленный в заднее сиденье.
- Что, страшно? - спросил водитель. Вскоре на спидометре было уже 230. Мы неслись с невероятной скоростью. - Вот, даже не тарахтит, - продолжал он. - Здесь еще дорога хреновая, была бы хорошая - 260 можно ехать!
Под Каменск-Шахтинском нас подхватил на своем микроавтобусе с номерами "41RUS (Камчатка) транзит" грубоватый молчаливый водитель, озабоченный извлечением денег с подъезжающих. Мы уговорили его провезти нас бесплатно, но свое водитель получил: рассматривая наши индийские фотографии, он выпросил себе несколько самых интересных снимков. По дороге встретились ему и другая пара автостопщиков, но водитель отверг их, ибо они не могли заплатить. А у водителя и впрямь не было денег, и он приставал ко всем стоящим на трассе "Камазам" с просьбой отлить пять-десять "лишних" литров солярки. Молчаливый водитель свернул в Воронеже на Тамбов.
От Воронежа до Москвы мы доехали на одной машине за ночь.
МОСКВА !! 27 апреля, на 89-й день путешествия, рано утром,
преодолев более 20.000 километров по дорогам России, Кавказа, Ирана, Пакистана и Индии, мы с Русланом вернулись в нашу любимую столицу.
А ЧТО ЖЕ ОСТАЛЬНЫЕ ?
Олег Матвеев, утративший свой рюкзак, паспорт и малярийные таблетки в городе Гори, так и не смог найти утраченное и благополучно вернулся в Москву. Восстановив свой загранпаспорт, в конце лета он направился, вместе с Русланом, в другую удаленную страну - Англию, где они и пребывают в тот момент, когда я пишу эти строки.
* * *
Паша Марутенков, который восемь дней добирался до Еревана (в паре с Лешей-полковником), расстался с нами в армянском городе Сисиане, где имел друзей. Не имея возможности попасть в Иран-Индию (загранпаспорта у него не было), Паша отправился в обратный путь. В городе Алагире Пашу напоили вином и поколотили местные жители. Однако, оптимизма он не утратил. Вернувшись домой, Паша получил наконец свой загранпаспорт и теперь собирается с нами в очередное путешествие.
* * *
Костя Шулов, добравшийся до Ирана, сумел продлить свою транзитную визу дважды. И у него не обошлось без трудностей - в городе Кашан автостопщик подвергся нападению двух бандитов-афганцев, которые сначала возили его на мотоцикле, показывая город, а затем увезли в какие-то катакомбы. Шулову удалось смыться и заявиться в полицию. Когда полицейские привели англоговорящего человека и поняли сущность проблемы, паспорт у автостопщика был изъят, а самого Шулова пытались задержать в Иране на срок, необходимый для поимки преступников. С большим трудом ему удалось забрать назад свое заявление, а затем и паспорт. Шулов продолжил путешествие, а затем, вернувшись домой, поведал о случившемся всему человечеству.
* * *
Максим, вернувшись в один с нами день на свою историческую родину (в Тверь), насытился путешествиями, вероятно, на всю жизнь. Теперь он почти безвылазно обитает у себя дома и вряд ли когда-нибудь выберется в такую Дорогу.
* * *
Дима и Данила, избавившись от нашей компании "грязных, голодных, больных и павших духом", еще долгое время прожили в российском посольстве в Дели, затем съездили в Гоа, а затем - даже в Непал. После сих вылазок, в начале мая, торопящиеся на учебу Гортексы прилетели самолетом в Москву. Вскоре в одном из журналов появилась большая статья с фотографиями - о том, как они вдвоем, смелые и умелые, ездили автостопом через Грузию, Армению, Иран, Пакистан, Индию, до Непала. А вот о других участниках, даже присутствующих на фотографиях, в статье не говорится ни слова, как будто нас и не было вовсе.
* * *
Алексей, наш Полковник, возвращался из Индии в одиночестве. Теперь он твердо знает, что по мощности святых вибраций Кавказ и наши сибирские кедрачи ничуть не уступают далеким Гималаям. Концентрация духовных учителей на душу населения в России куда выше, чем в Индии, а средний россиянин знает о йоге больше, чем средний индус.
* * *
Значительно дольше нас путешествовали Лена с Владимиром. Автостопщики побывали и на мысе Коморин (самая южная точка Индии - 8 с.ш.), и в вольном городе Ауровилле, и, проехав только по Индии 9.000 км, прибыли в Дели, где получили иранскую и пакистанскую визы (кстати, пакистанская виза обошлась им аж в 2200 рупий - наверное, забыли к Саи Бабе обратиться?) Двигаясь автостопом по Пакистану, они достигли Тафтана с водителями-угонщиками, за которыми гналась полиция. Проехав по Ирану (через Мешхед) и странам Средней Азии, автостопщики вернулись в Россию только в середине мая. Лена до сих пор жалеет, что мало успела повидать за 110 дней путешествия, например, совсем бегло проскочили по столь интересной Средней Азии... Она вернулась на свою медицинскую работу, а Владимир - в свой Петербург, где вскоре и получил 81-й номер Петербургской Лиги Автостопа.
* * *
Наиболее самостоятельный участник поездки, отделившийся от нас еще в Тегеране, петербургский Хип Сергей Смирнов, достигнув Индии, провел примерно полгода на берегу далекого океана, в свободном городе Ауровиле. Только осенью он собрался в обратный путь. Отношения между Индией и Пакистаном к этому времени очередной раз ухудшились и единственный автопереход закрылся. Хип "настрелял" денег на самолет и цивильным способом вернулся назад, так завешив свое 200-дневное путешествие.
ЭПИЛОГ
Быстро бежит время. За окнами - московская сентябрьская ночь. Я завершаю книгу.
Порой мне кажется - все, что произошло с нами, случилось в какой-то другой жизни, которая осталась где-то там, далеко, за заснеженными перевалами Кавказа, где мы окунулись в совершенно другой мир!.. Порой мне кажется, что в этот другой мир невозможно будет вернуться никогда.
Но настанет день, когда я опять приеду в древний Исфахан,
и поднимусь на башню тысячелетнего храма, и достану лепешку хлеба,
и принесу ее в жертву духам древнего храма, духам города и духам дороги,
прося послать успех нам и всему человечеству,
чтобы все люди, которые помогают нам в дороге, все, кто подвозят, пускают на ночлег и кормят нас в пути, получали бы не меньшую, чем мы, радость от этого,
чтобы наши родители, читая письма из дальних стран, не беспокоились о нас и знали, что все с нами будет хорошо,
чтобы все наши приключения пошли нам на пользу, и чтобы во всем мы увидели смысл,
чтобы после каждого нашего путешествия о нем создавалась полезная книга,
и чтобы все путешественники, которые прочтут эту книгу и поедут по нашим стопам, достигали успеха.
