Автостопом в Магадан и обратно
* * *
В Беднодемьяновске посетили местную столовую, попросили кипятка, купили две буханки хлеба и долго, с аппетитом, питались. Затем на автобусе доехали до Зубовой Поляны.
Зубова Поляна - это уже Мордовия, и некоторые люди там говорят по-мордовски. Что-то нам везло на автобусы - это был уже седьмой рейсовый автобус, если считать от Челябинска. Приятно пользоваться автобусами, когда непонятные явления природы препятствуют нормальному автостопу.
В Зубовой Поляне проторчали на трассе часа два, теряя все шансы на прибытие в Москву и этим вечером. В 450 км от Москвы природа устраивала нам испытания, желая продлить наше замечательное путешествие. Шсл дождь, был холодный ветер, прекрасную позицию для автостопа - железнодорожный переезд в Зубовой Поляне - зачем-то заменили мостом недели три назад, специально к нашему приезду. В феврале, я помню, стопил на переезде, ночью, и уехал за считанные минуты. Теперь машины несутся быстро, съезжая с моста, и преспокойно проскакивают мимо нас.
Наверное, посместся над нами великий вождь и учитель всех автостопщиков, Алексей Воров, проехавший более 1 миллиона километров автостопом. Уповаю на то, что он не дочитает до этого места и поэтому смеяться не будет.
Понимая, что скоро вечер, в Москву мы не попадаем, а через два часа будет поезд (в З.Поляне есть железная дорога, и можно доехать до Москвы через Кустарсвку, Сасово и Рязань), мы отправились назад, распевая песни Высоцкого - весьма громко, на весь окружающий лес.
Завтра мы будем в Москве! Ура!
ПОСЛЕДНИЙ ВАГОН НА ЗАПАД
Нам удалось согреться, обсушиться, сварить чай и пообщаться в будке тетушки-стрелочницы. Это обыкновенная будка, из которой, в момент прохождения поезда, выходит тстушка с небольшой жслтой палкой. Она была весслой и непрерывно курила. У нес тоже был знакомый автостопщик, ездивший стопом в Москву, Пензу и иные города. Сама же она никуда не ездила и вопросов не задавала. В будке было тепло и нашлась плитка, на которой мы приготовили чай и еду.
Затем мы отправились на вокзал станции Зубова Поляна.
Это был небольшой чистенький вокзальчик, с пятью милиционерами на пятьдесят ожидающих пассажиров. Довольно шумно, речь русская и мордовская, перронные торговки, скрываясь в вокзале от дождя, тоже ждут поездов. Зубова Поляна - не город, а большая деревня, и поезда там стоят всего по 2-3 минуты. Нам предстояло найти и уговорить начальника поезда за столь короткий срок, что трудно.
Нужно было проехать всего километров 60 - до Сасово. От Сасово можно было легко доехать до Москвы двумя электричками (до Рязани, а потом до Москвы). Вечером по станции проходило четыре поезда, потом наступал ночной перерыв, а утром шсл рабочий поезд Ковылкино- Пичкиряево- Рузаевка, не указанный в расписаниях, но пригодный для бесплатного проезда. В любом случае мы бы достигли Москвы в день завтрашний, но нам не хотелось ночевать в Мордовии - хотелось за ночь добраться в Сасово. Итак, мы ожидали поездов.
Два поезда с интервалом десять минут прошли, нас не взявши. До Сасово недалеко, но на расстоянии 450 км от Москвы проводники более строго относятся к "научным" путешественникам. Да и за 3 минуты - кого уговоришь?
- Путешественники? Идите пешком.
- Я вас не возьму, мне моя работа дороже.
Та же ситуация, что и с локомотивами: чем больше цивилизации, тем реже берут.
Дежурная по станции, тстушка в железнодорожной форме, наблюдала наши попытки и решила нам помочь.
- Мальчики, сейчас пойдст поезд Ташкент- Москва, вот контролсры сидят, попросимся у них.
На вокзале Зубовой Поляны за полчаса до этого появились два полных, хорошо одетых мужчины узбекского вида, в пиджаках, галстуках и чистых ботинках. Эти господа сошли с поезда Москва- Ташкент. "Ну и цивилы, - подумали мы, - что им надо в этой дыре?" Но оказалось, что это узбекские контролсры, проверяющие узбекские поезда.
Контролсры ничего против нашей подсадки не имели.
Подошсл поезд Ташкент-Москва, и мы с дежурной по станции бросились искать начальника поезда. В нашем распоряжении было 2 минуты.
- Вот, пустите ребят до Сасово, они без денег, контролсры разрешили, хотя бы немножко проехать, из Магадана ребята едут, в Москву, - быстро-быстро заговорила она, указывая на толстых контролсров, неторопливо плывуших в сторону поезда. Начальник тоже ничего против не имел, и направил нас в плацкартный вагон.
Теперь мы - бегом - направились в плацкартный, указанный начальником вагон, где дежурная по станции провела такую же процедуру заговаривания. Проводник, худощавый щетинистый узбек, даже не пытался возражать.
Мы поднялись в тамбур, и вовремя: поезд уже свистел, собираясь отправляться. Мы даже не успели поблагодарить дежурную по станции, как поезд тронулся.
* * *
Поезд Ташкент- Москва был обыкновенным торговым поездом. Он был подобен поезду Красноярск- Алма-Ата, только народу было побольше, поезд был очень цивильный и богатый. Соответственно, продавал он не фрукты-овощи, а шмотки. Продавали как "на улицу" (когда поезд останавливался), так и многочисленным пассажирам.
Пока ехали в Сасово (мы стояли в тамбуре, решив не смущать цивильных пассажиров нашим грязным видом), нам около двадцати раз предложили различные шмотки, полотенца, колбасы... Ничего мы, конечно, не купили. Уже на подходе к Сасово в тамбуре появился проводник.
- Эй, а платить-то будем?
- Нет, не будем, мы уже с начальником поезда договорились.
- Какой начальник поезда! Я начальник вагона!
- Мы же говорили: у нас денег нет.
- Ну, мужики, только без обид. - И он ушсл.
Эти две фразы сказанные им ("Какой начальник поезда! я начальник вагона!" и - на "нет денег" - "ну только без обид") ясно передают сущность всех поездов такого иноземного, южного рода. Каждый проводник делает свой бизнес; интерес проводника только денежный; если с пассажира можно стрясти деньги, это хорошо; если нет - интерес проводника утрачивается.
Так мы доехали до Сасово. Решили не наглеть и в другие вагоны не проситься. Была полночь, кончилось 18-е сентября - 75-й день нашего путешествия.
В Сасово переночевали на вокзале. Электричка на Рязань. Электричка на Москву...
Рязань.
Москва.
Дома!
ПОДВЕДЕНИЕ ИТОГОВ
СНАРЯЖЕНИЕ
О снаряжении можно сказать вкратце следующее. Не имея опыта столь огромных путешествий, мы взяли с собой кое-что лишнее, а кое-что, наоборот, взять забыли. Месяц с лишним мы избавлялись от одних предметов, теряли другие и приобретали третьи. На 12 августа, к моменту отправления из Якутска баржей на Хандыгу, мы, наконец, имели:
- Два рюкзака, суммарный вес которых с вещами составлял 33 кг. Иногда он увеличивался до 48 кг, а иногда уменьшался до 30 кг, в зависимости от наличия продуктов. Один рюкзак был обычный, из магазина, а другой изготовил Алексей Воров, вождь и учитель всех автостопствующих.
- Две пенки (теплоизолирующие коврики). Два синтепоновых спальника, быстро промокающих и быстро высыхающих. Палатка-домик (так называемая "валдайка", трсхместная).
- Простейший фотоаппарат "Kodak" - так называемая "мыльница"). Как ни странно, он прошсл 20 000 км и сохранил работоспособность. Фотографии получились хорошие, приходите смотреть. Проявляли по дороге, фотостудии есть в каждом большом городе. Проявленные плснки отсырели, несмотря на все предосторожности, качество их от этого слегка ухудшилось.
- Реппеленты: "Autan" во всех его проявлениях (карандаш, аэрозоль и мазь), и "советский" аэрозоль. "Autan" действительно, помогал от комаров, а от мошки почти не помогал. Отечественный аэрозоль всю дорогу донимал нас мерзким запахом, не помогал ни от чего и был впоследствии выброшен. Две сеточки от насекомых - самая необходимая вещь.
- Примус газовый, купленный в "Вольном ветре". Был бензиновый ("Смерть туриста"), купленный в магазине "Бивак" - но мы не умели им правильно пользоваться, он испортился и в Ангарске был выброшен вместе с пол-литром бензина. Предполагая такой исход, мы везли с собой ещс и газовый, но газ кончился в Якутии. Вывод: летом - долой примусы, да здравствует костср!
Таково было наше снаряжение.
ДЕНЬГИ
Мы выезжали из Москвы, имея тысяч полтораста на двоих. На Грушинском фестивале появились ещс деньги - 500 тысяч мне в качестве отпускных, тысяч 450 - с распроданных книг. По дороге заработали ещс тысяч 350, торгуя книгами. Ещс тысяч 200, в сумме, нам подарили разные люди. Спасибо им за это. Всего, таким образом, мы истратили примерно 1600- 1700 тысяч на двоих, это 13- 14 тысяч на человека в день (считая до прибытия в порт Ванино, откуда мы ехали безденежно).
Экономили ли мы? Такого не было. Напротив, мы тратили деньги на разные, не являющиеся жизненно важными вещи. Так, 110 тысяч ушло на два цивильных билета (Омск- Новосибирск), ещс тысяч 25 - на различные билеты, пока мы ещс применяли метод одной остановки. 70 тысяч ушло на тентовую ткань в Новосибирске, около 140 тысяч - на плснки, проявку их и печать фотографий.
Жалели ли мы, возвращаясь домой, что кучу денег "потратили зря"? О, нет, этого не было. Ведь есть ли у человека деньги или нет - для его жизни это не имеет большого значения.
КЛИМАТ
Всю дорогу было холодно либо жарко. Временами столбик термометра, если бы он у нас был, доходил бы до +30, даже +32 в тени (в июле). На Колымском тракте днсм было до +15, ночью +5 или холоднее. В районе Северобайкальска ночью были уже минусовые температуры, но там мы не ночевали в палатке, а непрерывно ехали на запад, - поэтому не перемсрзли.
Воздух на востоке чистый, не то что у нас, в Москве. В кои-то веки мы вели здоровый образ жизни, пребывая на открытом воздухе ежедневно в течение долгого времени.
Постоянное промокание, конечно, мешало. Десятки раз мы попадали в дождь. Но это было не так противно, как мошки и комары, атаковавшие нас во многих местах, а особенно - на АЯМе, от Сковородино до Якутска включительно. Мошка "доставала" больше.
Одежды, конечно, было недостаточно, но глупо было бы брать ес в избытке, на все случаи жизни. Когда я потерял шапку, я отрезал штанину у своих спальных штанов и сделал шапку из нес. Когда порвалась молния на куртке, я зашил ес наглухо. Если бы потребовалось спастись от холода более основательно, достали бы материю и сделали себе ещс что-нибудь.
КЛЕЩИ
Распространено мнение, что города, леса и трассы Востока богаты клещами, переносчиками энцефалита. Поэтому люди, отправляющиеся в путешествие, должны делать прививки во избежание смерти.
Мы всех водителей спрашивали, водятся ли в регионе клещи, опасны ли они и делают ли люди прививки. Оказалось: 1) клещи есть, но обычно они не ядовитые; самые опасные клещи в мае-июне, а в июле-августе уже безопасные; 2) прививки не делает практически никто, а болеют клещом не чаще, чем, скажем, проказой. Из сотни опрошенных людей лишь у одного был знакомый, который делал прививку от клещевого энцефалита, причсм оный же потом и заболел; 3) опасность подцепить клеща на трассе или в городе близка к нулю. А в Якутии и Магаданской области, по словам людей, клещи вообще не живут.
За 76 дней мы не заметили ни одного (!) клеща - ни энцефалитного, ни какого-либо другого.
РОДИТЕЛИ
С родителями всегда вопрос особый. В таком вопросе, как вольные путешествия своих детей, родители мало поддаются тренировке. Можно путешествовать каждое лето, но вновь и вновь с каждым новым путешествием они будут беспокоиться. Хотя знают, что ничего плохого со мной не случается. Это свойство не только моих родителей, но и прочих.
Полностью анестезировать родителей невозможно. Существуют лишь методы, приводящие к более лсгкому отпусканию. Это а) я всегда информирую, куда и как я еду, когда собираюсь вернуться; здесь нельзя допускать дезинформации - мол, "поехал к подруге на дачу", через месяц-другой правда всс равно проявится; б) связь, в данном случае я старался слать открытки или письма ежедневно, а телеграммы - раз в два дня; на второй месяц телеграммы слал уже реже - просто неоткуда было, - но у родителей уже было довольно много моих предыдущих писем и телеграмм, чтобы их перечитывать в отсутствии новых; в) здоровый образ жизни: родителям очень важно знать, что мы не будем пухнуть от голода или ловить энцефалитных клещей. Чтобы показать, что мы живы и не очень отощали, я отсылал домой из некоторых городов фотографии.
По поводу этой поездки дома у меня поднялось великое волнение. Но потом волнение улеглось, и меня, благословив, отпустили. У Андрея всс получилось с большей лсгкостью; по-моему, никто и не предполагал, что это у него всерьсз. Впрочем, ближе к 1 сентября мама Андрея начала паниковать, наблюдая, что учсба в его институте уже началась, а он ещс не вернулся. Догонит ли Андрей институтскую программу, выяснится в самом ближайшем будущем.
На моей "рюкзачной" работе, в "Вольном ветре", начальник решил, видимо, не сильно ругать меня за 76-дневное отсутствие, радуясь, что всс-таки я появился - да и поездка как бы "к лицу" сотруднику путешественнической газеты. Сейчас я опять таскаю рюкзаки, торгую книгами и раздаю газеты на массовых мероприятиях, а в свободное от этой деятельности время пишу заметки для газеты и сию книгу.
* * *
Спасибо всем, кто подвозил, кто пускал нас в локомотивы и поезда, спасибо всем, кто кормил, помогал, давал возможность переночевать, спасибо всем, кто молился за нас эти долгие 76 дней. Без такой, можно сказать, всеобщей поддержки, мы бы не достигли успеха.
Да, мы не прошли автостопом Великую Владивостокскую дорогу, хотя и собирались. Мы не пообщались с Виссарионом. Мы провели на Байкале, по сути дела, всего один день. Мы вообще нетерпеливы. Вперсд! На Магадан! Пересаживаясь с трассы на железку, с железки на трассу. Это, скорее всего, признак непрофессионализма.
Но мы довольны. Наше путешествие было по-настоящему вольным. Мы узнали больше, чем если бы ехали чисто электрично или чисто машинно. Мы почувствовали больше, чем если бы строго следовали заранее выбранному плану. Мы не затрудняли себя однажды сделанным выбором средств передвижения или какими-то заранее назначенными встречами, датами, вписками. Мы ехали как едется, мы плыли по течению, и хотя течение было бурным, с порогами и водопадами - оно нас несло далеко на восток - и вынесло к самому Тихому океану, а оттуда домой, как мы и ожидали.
