Автостопом в Нарьян-Мар и обратно

А.Кротов, 02.2000г.

Почти все регионы России на сегоднящний день освоены методами вольных путешествий. Мудрецы побывали на Чукотке и Камчатке, в Чечне и в Якутии, в Ямало-Ненецком и Ханты-Мансийском округах... На начало двухтысячного года только четыре автономных округа России оставались "белыми пятнами" - это Таймырский, Корякский, Эвенкийский и Ненецкий АО.

К сожалению, вольное путешествие на Таймыр, в Эвенкию или, тем более, в Корякию (расположенную между Камчаткой и Чукоткой) должно занять много времени. А вот заполярный город Нарьян-Мар, удаленный всего на две с половиной тысячи километров от Москвы, и весь Ненецкий АО, столицей которого он является, - обойден путешественниками совершенно незаслужено. Единственная преграда, бездорожье, не будет нам препятствием в холодное время года, когда вся северная часть России покрывается сетью зимних дорог, идущих через замерзшие реки, болота и тундру во многие города Российского Севера, недостижимые на машине летом.

Итак, Ненецкий Автономный Округ, и его столицу город Нарьян-Мар, - было запланировано взять штурмом во время студенческих каникул, в конце января 2000 года.

Заявление

18 января 2000 года мы, находясь в здравом уме, самостоятельно приняли решение ехать зимой, автостопом, в Нарьян-Мар, зная, что:

1) будет очень холодно;

2) вписки в городах и машины на трассе ожидаются, но не гарантируются;

3) за свою жизнь, и безопасность, и прибытие на стрелки, за свое снаряжение, продвижение и успех каждый из нас отвечает сам;

4) возможность и вероятность достижения Нарьян-Мара никто не гарантирует;

5) 25.01.2000, в 12.00, мы должны встретиться в Сосногорске на ж.д. вокзале у расписаний;

6) за нашу жизнь и успех никто, кроме нас самих, ответственности не несет!

Подписав такое заявление, ставшее в АВП почти традиционным, все желающие получили на руки специальные удостоверения следующего содержания:

Сопроводительное письмо

Предъявитель этого письма, Имярек,

является участником зимней экспедиции в Заполярье, организованной Академией Вольных Путешествий (г.Москва). Маршрут экспедиции: Москва - Сосногорск - Нарьян-Мар - Архангельск - Вологда - Москва. Сроки экспедиции - с 20 января по 15 февраля 2000 г.

Организаторы экспедиции обращаются к представителям местных органов власти, к работникам транспорта и к туристской общественности с просьбой оказаывать содействие участнику на маршруте.

Поскольку некоторые люди сообщали нам, что Нарьян-Мар является погранзоной, - то эти сопроводительные письма должны были помочь нам. Проблем с пограничниками у нас по дороге так и не возникло, - письма впоследствии пригодились нам для проезда в пригородных поездах и локомотивах товарняков, а также в городском транспорте Нарьян-Мара.

На прощальной тусовке, 18 января, было выдано пятнадцать сопроводительных писем. Однако, перечень получивших письма я старался не афишировать, предполагая, что до места первой встречи в городе Сосногорске произойдет процесс естественного отбора, и состав и количество едущих изменятся.

20 января

Массового старта не было - каждый из нас мог стартовать из Москвы в Сосногорск в тот день, когда ему захочется. Существует два основных пути достижения Сосногорска: (1) по Ярославкому шоссе на Вологду-Вельск и далее по железной дороге; (2) по Горьковскому шоссе и далее на Киров-Сыктывкар. Большинство людей предпочло первый маршрут, тем более что по дороге, в городе Вологде, нам была обещана массовая вписка.

Моим напарником в этом путешествии стал Егор Пагирев, один из самых юных членов АВП - ему еще не исполнилось шестнадцати. Его молодость интересным образом совмещалась со стремлением просвещать всех окружающих и обучать их вольным путешествиям. Егор взял с собой несколько экземпляров рукописных статей про автостоп (собственного изготовления), желая впаривать их в редакции иногородней прессы. Помимо стремления нести науку в массы, Егор имел следующие свойства: 1) любовь к еде, 2) любовь к индийскому крему "Бороплас", 3) любовь к русскому северу и, соответственно, отвращение к югу: например, в Крым его ни за какие коврижки не заманишь. Также Егор оказался фундаменталистом от автостопа и, несмотря на все мои предложения ехать в Вологду по железной дороге, - вытащил меня на автотрассу.

Кстати, выехали мы поздно, около полудня, и затем еще с полчаса простояли на МКАДе. Со скрипом добрались до Переславля-Залесского; темнело; было холодно с непривычки. "Надо было сразу, выезжая из Москвы, одеть полярное одеяние," - думал я: ведь у нас в рюкзаках были бахилы, многочисленные свитера и т.д.. Не меньше получаса мы прохлаждались на дороге, но затем повезло: нас взял до самого Ярославля человек с непонятным маленьким акцентом.

Отогревались; машина дальняя - я начал рассказывать о том-о сем: о своих путешествиях в Индию, в Африку и т.д.. Водитель с интересом слушал и потом поинтересовался:

- Ну а в Чечне ты был?

- Нет, - отвечал я и объяснил текущую ситуацию: в республике стоят войска, всех проверяют, разные автостопщики дважды уже пытались попасть в Чечню, но всех их разворачивали в Моздоке.

- Ну, что же с российской стороны ездить? - отвечал водитель, - надо с другой стороны!

В сии дни января Грозный еще не был взят федеральными войсками, да и горная граница с Грузией была, вероятно, проходима.

Я деликатно объяснил водителю опасность такого посещения: в республике война, обстановка нервная, левый человек в Грозном - могут подумать, шпион ФСБ, или еще какой вредный элемент, арестуют, а потом придут российские войска и уже будут судить, наоборот, как наемника. А почему нашему водителю это так интересно?

Дорога дальняя, гололед, темно, едем небыстро... Оказалось, наш водитель, Ваха Висаев, сам из Чечни, да не простой чеченец, а Координатор Конгресса вайнахской диаспоры России.

Всю оставшуюся дорогу мы слушали и расспрашивали водителя, неожиданно ставшего разговорчивым. На чеченскую войну он смотрел здраво, без иллюзий. Сказал, что Россия обязательно восстановит свой порядок в Чечне, как бы это многим и не нравилось бы. Что Чечня стала своеобразным козлом отпущения среди субьектов Федерации, и, смотря на нее, остальные субьекты еще подумают, стоит ли отделяться. И если бы Чечни не было, надо было бы ее сделать. Что вторжение в Дагестан было подстроено извне ("Басаеву нашептали: иди, иди в Дагестан, там все тебя поддержат!"), и это было использовано как повод для сегодняшней чеченской кампании. Потому что все время после Хасавюртского мира российские генералы только и мечтали повоевать и "навести порядок" в Чечне. А Масхадов не сумел воспользоваться передышкой после 1996 года. Надо было сделать, например, перепись, паспортизацию населения, сколько осталось и живых, и калек, позвать международных наблюдателей, чтобы подтвердили как факт, что десять процентов населения было истреблено в первой войне (сам Ваха потерял обоих своих братьев в эти годы). И не надо было лезть в Дагестан - это авантюра. Но Масхадов не контролировал ситуацию в Чечне и не пытался контролировать, а занимался, по выражению водителя, "просто офигеванием: я - президент!"

Хорошо сказал Путин: нельзя давать власть криминалитету. Но он что, только сейчас об этом подумал? Ведь по всей России уже правит криминалитет, который уже так соединился с властью - не отличишь. Надо смотреть правде в глаза - и в Чечне тоже правят бандиты, но и не только в Чечне. Конечно, российские бандиты подавят чеченских, потому что сейчас это участь России: быть сильной, мощной державой. Но это только лишь на время. Пройдет пятьдесят, может, сто лет, и все изменится...

На прощание Ваха оставил нам распечатку своей статьи в "Независимой газете" под названием "Радикализм порочит ислам". Написал два телефона - ярославский и московский, приглашал в гости. Мы же подарили ему книгу "Практика вольных путешествий".

* * *

Последняя электричка на Данилов была пустынна. Но и в ней, среди пустых сидений, завелась билетерша, да не простая, а внимательная. Прочитала наши справки АВП и сильно в них усомнилась. Мы, конечно, могли заплатить, но отстаивали нашу правоту из любопытства.

Билетерша ушла, но вскоре вернулась, ведя за собою двоих представительных мужчин - тут что, еще и контролеры существуют? Контролеры проверили наши сопроводительные письма, и, удовлетворенные, прошли дальше по незаполненной "собаке". Билетерша, издали наблюдая за всем сим, уверовала в нашу легитимность и, хотя и порою проходила мимо, больше нас не беспокоила.

В Данилове мы хотели решить все свои текущие проблемы. Пошли искать железнодорожную столовую, но она оказалась закрытой в ночной час. Утренний пригородный поезд до Вологды обладает здесь странным дефектом: он отправляется (судя по расписанию) не от Данилова, а от Макарово (следующей к северу станции). Причем некоторые железнодорожники уверяли, что он вечером идет из Вологды, все же достигает Данилова, выгружает людей, потом уезжает (без посадки пассажиров) в Макарово и там стоит до четырех утра! А другие говорили обратное - мол, никак сей пригородный поезд Данилова достичь не может... О расстоянии, отделяющем Данилов от Макарова, у работников вокзала также имелись самые смутные представления. Уверяли, что до Макарова километров сорок! Хотя по карте выходило четырнадцать.

С трудом выпутались из ночного Данилова и пошли по замерзшей трассе на север. Я же вспоминал, как было год тому назад...

* * *

Чуть больше года тому назад Академия вольных путешествий проводила массовую тренировочную поездку в Вологду. Поехало человек пятнадцать (кстати, сейчас в Нарьян-Мар едут пятеро из них: Паша Марутенков, Миша Венедиктов, Тим-Волкодав, Егор и я). В Вологде ночевали в самом центре города, напротив Кремля, в старом деревянном доме, уже давно выселенном официально. Все жители дома были самоселы, окна заколочены, электричество ворованное; одна из квартир принадлежала местной автостопной тусовке. Функцию отопления выполнял большой железный ящик, полный воды; в эту воду были погружены две металлические ложки; две проволоки соединяли ложки с дырочками розетки; получался огромный кипяток, который кипел круглые сутки и согревал дом. Ночью ложки в "аквариуме" нечаянно соприкоснулись, возник электрический разряд-молния; к счастью, загорание быстро потушили - а то столетний дом сгорел бы навеки.

Обратно большинство поехали автостопом; некоторых же я соблазнил на железнодорожную жизнь. Но из вечернего пригородного поезда Вологда-Макарово нас высадили на полпути, в Грязовце (справок АВП при нас тогда не было). Тогда мы сели в проходящий фирменный поезд Вологда-Москва, рассуждая, что как минимум до станции Пречистое остановок у него не будет. Но увы нам! Поезд останавливался каждые пять минут, и на каждой остановке сперва проводница вагона, а затем и начальник поезда, пытались высадить нас. В Пречистом мы и сами вышли и пошли в Данилов пешком - тридцать километров по 25-градусному морозу, ибо стоять на дороге и стопить было слишком холодно. Так и пришли в Данилов - Паша Марутенков, Андрей Петров, Оля Видная и я. А вот теперь мы (правда, в другом составе), спустя год, идем по тому же самому замерзшему шоссе - теперь в обратную сторону!

> Следующая Страница >

www.voyage-travel.org © 2008-2011