Автостопом в Узбекистан
В Самарканде есть одна большая проблема – это проблема воды. Летом и осенью ее почти не бывает. Дают на час утром и вечером. Так что все жители спешат за это время накачать побольше баков и ванн, чтобы воды хватило на день (вечер). Когда-то я из интереса читал книгу «mAsiafucka» (автора забыл – какой-то питерец из длинного ряда модных ныне «постмодернистов», которые пишут в основном матом, а критики восхваляют это как высокое искусство). Там автор путешествовал по Узбекистану и как раз жаловался, что в Самарканде негде помыться. Я тогда воспринял это как гротеск, оказалось - почти правда.
В тот день мы еще раз вышли в город, дабы встретить закат у Регистана. Самаркандцы лучше других знают притягательность панорамы комплекса, поэтому прямо перед площадью поставили несколько рядов скамеек, чтобы можно было посидеть, полюбоваться, да просто отдохнуть с видом на. Место довольно популярное. Тусуются бэкпэкеры всех национальностей, есть и англо- говорящие локалы, которые с удовольствием общаются с иностранцами. Когда подходили к Регистану, был самый закат. Тигры медресе Шер-Дор (это, кстати, в переводе означает «львиная» - такие тут у них львы были) пламенели на солнце. На фасаде медресе лежала тень колонн медресе Улугбека, того самого знаменитого на весь арабский мир университета, где просвещенный монарх собирал ученых со всего света. Когда-то здесь кипела жизнь, сотни студентов выходили из своих тесных келий на вечернюю молитву. Теперь по пустой площади ходят милиционеры, следя, чтобы никто не проник на территорию без билета.
Решили дойти до мавзолеев Шахри-Зинда, но ночь опустилась раньше. Все никак не привыкну к ранним закатам. Мавзолеи уже маячили вдали, когда мы все же решили повернуть и вернуться завтра. Вместо мавзолеев пошли бродить по тихим аллеям близлежащего мусульманского кладбища, где столкнулись с товарищем, оказавшимся смотрителем соседней мечети. Он не удивился, встретив нас в таком месте, мы тоже – узбеки, как, пожалуй, и все восточные люди, любят тишину, уединение, ценят неторопливый ход жизни. А где можно все это почувствовать лучше всего, как не на кладбище. Долго сидели и разговаривали о жизни в России и Узбекистане.
Ночной Самарканд. Рынок уже закрыт, но тише здесь не стало. Оживленно ворочается уличная торговля, везде что-то жарят, воздух наполнен аппетитной смесью ароматов. Чайханы и ресторанчики полны народа, как будто сейчас Рамадан, когда принимать пищу можно только с заходом солнца. Пустой и темный Биби-Ханым ночью еще величественнее. Регистан под звездами. Сияющей ночной подсветкой Гури-Эмир.
…Как все это красиво для нашего глаза, певуче для нашего уха. Самарканд, Бухара, Хива. Названия, отдающие мистикой, сказочностью. Они так далеко и, в то же время, так близко. А если помечтать еще – Каир, Дамаск, Пальмира, Петра, Исхафан, Персеполис, Вавилон, Ур, Библос, Баальбек, Багдад, Лахор, Тадж-Махал, наконец. Это тоже близко. На туристических сайтах типа tours.ru постоянно читаешь в качестве реплик: «как я вам завидую», «вот бы и мне когда-нибудь». А не надо завидовать. Надо лишь собраться и через некоторое время вы тоже будете скользить в феллюке по ночному Нилу, идти по каньону Сик к Петре, толкаться на рынках Каира и Дамаска, медитировть перед Тадж-Махалом, сидеть под звездами у Регистана. Стоит только захотеть по-настоящему. И вы сами удивитесь как все просто…
Вечером у Валеры собралась целая компания. Помимо его самого и Сережи и без того небольшое пространство кухни занимал друг Валеры Али, Эля и я. Под местное пиво рассуждали, сравнивая перспективы проживания и карьерного роста в Узбекистане в целом и в Москве в частности. Ребята, как один, мечтали перебраться когда-нибудь в Москву. «В Узбекистане просто невозможно вести какое-либо дело», - объяснял Али, - «сначала дадут немного раскрутиться, а потом налогами и поборами задушат. В Москве, конечно, конкуренция среди приезжих, да и жизнь дорогая, но зато есть перспектива». Все это довольно типично. Понятная мечта человека тяготеть к тому месту, где лучше условия для проживания. Создается некая пирамида, которую я четко отследил во время студенческой практики по Алтаю. Молодежь Рубцовска (Алтайский край) хотела поступать в ВУЗы или просто переехать в краевой центр Барнаул. Студенты же Барнаула подумывали о региональном центре Новосибирске. Ну а жители Н-ска уже мечтали о Москве. Москва, кстати, не вершина пирамиды. Многие москвичи спят и видят себя в США, Канаде или какой другой развитой стране.
Интересно другое – жители Самарканда (или любого другого города Узбекистана) думают сразу о Москве. Для них Россия и Москва нечто вроде синонимов. Мы даже нередко сталкивались с подобными диалогами: - «Откуда?» - «Из Москвы». «О-о. А там в каком городе живешь? Или в самой Москве?» Т.е. Москва это и вся Россия, и собственно город.
Вечер завершился просмотром телевизора (в следующий раз телевизор мне суждено будет посмотреть спустя 10 дней в Ижевске). Интересный у них есть канал, где по вечерам показывают новинки Голливуда, многие из которых еще до видеопроката у нас не добрались. Интересно, насколько все это легально ?. Забавно также у них сделана цензура. На эротическом или подобном моменте фильма пускается реклама, а фильм в это время не останавливается. Поэтому иногда из-за этого можно пропустить и что-то важное для сюжета, особенно если учесть, что часто цензуру пускают с опозданием.
14.09.03
Живые и мертвые в Самарканде – Впечатления от Шахри-Зинда – Афросябз – Узбекская чайхана – Домашний плов – Автостоп в Узбекистане:«Люди есть» – «Реаниматоры» ЗИЛа – Очередной ночлег в чайхане
Сегодня решили никуда не торопиться. Были планы посещения родины Тимура города Шахрисабза, что находится всего в 100 км от Самарканда за Зеравшанским хребтом, но автобусы идут не через перевал, а большим крюком, проводя в пути более трех часов в одну сторону. Через перевал ездят только такси, что нам не по карману, а автостоп там, говорят, слабый, т.к. машин очень мало. Проверять эти сведения мы не стали. Также оставили не реализованной идею съездить на денек в Душанбе – в другой раз. Да и куда спешить, лучше выспаться, плотно позавтракать и неторопливо отправиться к мавзолеям Шахри-Зинда с тем, чтобы вернуться к четырем часам, когда мама Валеры обещала угостить настоящим узбекским пловом.
Шахри-Зинда переводится как Могила Живого Короля и отражает название мавзолея, где, вроде бы, похоронен двоюродный брат Мухаммеда. Это место паломничества. Прочие мавзолеи и усыпальницы, выстроившиеся в целую улицу – гораздо более поздние по времени постройки. Это последние пристанища родственников и товарищей по партии тимуридов.
Многочисленные купола мавзолеев видны, если от рынка взобраться на холм, следуя за дорогой, что ведет к обсерватории Улугбека и трассе Ташкент-Ургенч. Ориентируясь на них, мы и пошли. Напрямик. Через огромное кладбище. К северу от рынка Самарканд вспучивается вытянутым с юга на север холмом, почти увалом. Как известно, города обычно ставят на возвышении. Так оно было и в данном случае. Здесь стоял древний город, которым восторгался еще Александр Македонский. Но Чингизхан сровнял его с землей. Почти 200 лет города фактически не было, пока Тимур не решил сделать на этом славном месте свою столицу. Но пепелище трогать не стал, предпочтя строить свои дворцы неподалеку. Так и получилось, что современный Самарканд, заложенный Тимуром, находится у подножья холма, на котором покоится городище древнего города. Самаркандцы восприняли завет Тимура не заселять то, что когда-то погибло, и отдали высоты… собственным мертвецам. На километры раскинулись кладбища, взявшие в полукольцо древнее городище, названное Афросябз (или Афросиаб). Мертвые оказались выше живых. Как и в Казахстане.
И вот, пробравшись среди бесконечных оград и полумесяцев, осторожно ступая по выжженной траве – нет ли где змеи, подходим к улице, по обеим сторонам которой аккуратно подровнялись мавзолеи - только табличек с номерами домов не хватает. Если вы хотите понять, что такое мавзолеи в исламской культуре и какое значение предается их внешнему виду – посетите Шахри-Зинду. Пожалуй, именно здесь красота небесно-бирюзовой глазури, геометрия орнамента и песочно-глиняные купола и стены настолько переполнили меня, что у меня почти не осталось сил не то что анализировать, а просто восторгаться увиденным. Также было и в Египте – Карнакский храм был последний из длинного списка посещенных храмов Асуана, Абу-Симбела и Луксора, так что сил для восхищения уже не осталось. Я бродил меж колонн и пилонов, понимая, что это все великолепно, но этого великолепия так много, что не стоит даже и пытаться уложить все это себе в голову, рассматривать детали – разум просто не в состоянии все это оценить, удержать, запомнить. Оставалось почти отстраненно смотреть вокруг, воспринимая уже не разумом, а подкоркой; не сознанием, но подсознанием.
Когда я пытаюсь вспомнить детали осмотра Шахри-Зинда, перед глазами встает сверкающая на солнце глазурь мозаики. Если напрячься, то можно различить еще детали: геометрический узор дверного проема, голуби внутри гулкой тишины мавзолея, мятые сумы, оставленные на каменном постаменте, трещины на глиняных куполах и редкая зелень виноградника меж гробницами. Но это лишь мазки – общей картины не вспомнить. Я даже не скажу, сколько именно было этих мавзолеев. Но одно я знаю точно – там было безумно красиво и… подлинно, что ли. Чувствовался дух места. Пыльный атмосферный столб столетий, что давит на тебя, впечатывая в историю, хочешь ты этого или нет.
Пройдя последний мавзолей, мы с удивлением увидели… вход в комплекс. Оказалось, надо было от рынка не лезть вперед в гору, а идти направо (потом даже указатель нашли), и минут через пять (а не после долгой прогулки по кладбищу) оказываешься у подножья длинной лестницы, что ведет прямо к мавзолеям. Зато вход платный (я краем глаза увидел что-то типа 1200 сум), так что думайте сами.
Кстати недалеко от официального входа в Шахри-Зинду швартуются автобусы на Шахрисабз, но нам туда уже не надо. Вместо этого вновь лезем на холм и направляемся через бесконечное кладбище исследовать Афросябз. Один из студентов нашей кафердры, бывавший в Самарканде, горячо рекомендовал мне это городище, утверждая, что там можно даже чего-нибудь найти. Мы, честно говоря, кроме мусора (правда иногда очень экзотического) ничего не видели. Все что смогли раскопать, собрано в громадном музее Афросябза, куда мы не пошли. А сам сайт интересен скорее своим каньонообразным рельефом, четкими следами давнишних раскопок (здоровенные шурфы заросли бурьяном – почвоведы и геоморфологи бы оценили) и видами на Самарканд.
Если в Европе все дороги ведут в Рим, то в Азии все дороги ведут на ближайший крупный базар. Поэтому нет ничего удивительного, что мы там вскоре оказались. Памятуя о плове, решили не утруждать желудки обедом, а ограничиться сидением в чайхане. Именно сидением – ни перекусом, ни вторым завтраком это назвать нельзя. Это даже не прием пищи (и не распитие чая) – по крайней мере, не это в чайхане главное.
